гофа (новомученники и исповедники Петроградские)

Главная / Паломнические поездки / Русская Голгофа (новомученники и исповедники Петроградские). Авторская программа Н.К. Симакова
  • Никольское кладбище / Тихвинское кладбище / храм Спаса-на-Крови / Казанский собор
  • 25.12.2016
  • 1 день
  • 1000
  • Заказать поездку

Маршрут паломнической поездки

Описание поездки

Авторская программа профессора духовной академии, церковного историка: Николая Кузьмича Симакова. 

 Экскурсия по городу. Посвящена новомученникам и исповедникам Петроградским. Места посещения : Никольское кладбище, Тихвинское кладбище, Спаса-на-Крови, Казанский собор, Александро-Невская Лавра. Услышите рассказ о свщмуч. Петре Скипетре, философе Орнатском, митр. Вениамин, прот. Иоанне Кочурове.

Свя­щен­но­му­че­ник Петр ро­дил­ся 4 июня 1863 го­да в се­ле Стан­ки Вяз­ни­ков­ско­го уез­да Вла­ди­мир­ской гу­бер­нии в се­мье свя­щен­ни­ка Иоан­на Ски­пет­ро­ва. По­сле окон­ча­ния Шуй­ско­го ду­хов­но­го учи­ли­ща Петр по­сту­пил во Вла­ди­мир­скую Ду­хов­ную се­ми­на­рию, ко­то­рую окон­чил в 1884 го­ду. В 1883-1884 го­дах Петр Ива­но­вич слу­жил пса­лом­щи­ком в од­ном их хра­мов во Вла­ди­ми­ре. 8 фев­ра­ля 1884 го­да он об­вен­чал­ся с де­ви­цей Ан­то­ни­ной, до­че­рью ипо­ди­а­ко­на Иса­а­ки­ев­ско­го ка­фед­раль­но­го со­бо­ра в Санкт-Пе­тер­бур­ге Ни­ко­лая За­озер­ско­го.
18 фев­ра­ля 1884 го­да Петр Ива­но­вич был ру­ко­по­ло­жен во диа­ко­на к Иса­а­ки­ев­ско­му со­бо­ру; в 1886 го­ду он по­сту­пил в Санкт-Пе­тер­бург­скую Ду­хов­ную ака­де­мию, ко­то­рую окон­чил в 1890 го­ду. В 1892 го­ду он был ру­ко­по­ло­жен во свя­щен­ни­ка к церк­ви во имя ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Уто­ли моя пе­ча­ли» при дет­ском при­юте прин­ца Оль­ден­бург­ско­го.
В 1898 го­ду отец Петр был пе­ре­ве­ден в цер­ковь во имя ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Всех скор­бя­щих Ра­дость», что на Стек­лян­ном за­во­де. Храм был воз­ве­ден на ме­сте яв­ле­ния чу­до­твор­ной ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Всех скор­бя­щих Ра­дость» с гро­ши­ка­ми. 23 июля 1888 го­да в глав­ку ча­сов­ни, где на­хо­ди­лась ико­на, уда­ри­ла мол­ния и воз­ник по­жар. Ко­гда огонь по­гас, все уви­де­ли, что ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри «Всех скор­бя­щих Ра­дость» не толь­ко уце­ле­ла, но и об­но­ви­лась. Кро­ме то­го, на иконе ока­за­лось один­на­дцать мо­не­ток, ко­то­рые рас­по­ло­жи­лись ова­лом во­круг изо­бра­же­ния Бо­го­ма­те­ри. Весть о необык­но­вен­ном яв­ле­нии быст­ро об­ле­те­ла го­род, и в ча­сов­ню по­тя­ну­лись тол­пы бо­го­моль­цев; по мо­лит­вам ве­ру­ю­щих ста­ло со­вер­шать­ся мно­же­ство чу­дес. В 1893 го­ду им­пе­ра­тор Алек­сандр III по­жерт­во­вал зем­лю, при­ле­гав­шую к ча­совне, и на­ча­лось стро­и­тель­ство хра­ма, за­кон­чив­ше­е­ся в 1898 го­ду.
Кро­ме при­ход­ско­го слу­же­ния от­цу Пет­ру при­хо­ди­лось ис­пол­нять мно­гие епар­хи­аль­ные по­слу­ша­ния: с 1886 по 1892 год он пре­по­да­вал За­кон Бо­жий в на­чаль­ных Санкт-Пе­тер­бург­ских учи­ли­щах; с 1895 по 1897 год ис­пол­нял обя­зан­но­сти чле­на по­пе­чи­тель­ства церк­ви свя­той му­че­ни­цы ца­ри­цы Алек­сан­дры при дет­ском при­юте ве­ли­кой кня­ги­ни Алек­сан­дры Ни­ко­ла­ев­ны; с 1901 го­да был за­ко­но­учи­те­лем в Гро­мов­ском при­юте пре­по­доб­но­го Сер­гия; с 1907 го­да — сле­до­ва­те­лем 5-го сто­лич­но­го бла­го­чин­ни­че­ско­го окру­га; с 1914 го­да — чле­ном прав­ле­ния Санкт-Пе­тер­бург­ской Ду­хов­ной се­ми­на­рии.
В 1912 го­ду отец Петр был на­зна­чен на­сто­я­те­лем церк­ви во имя ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Всех скор­бя­щих Ра­дость». За рев­ност­ное и бес­по­роч­ное слу­же­ние он был воз­ве­ден в сан про­то­и­е­рея.
В на­ча­ле ян­ва­ря 1918 го­да боль­ше­вист­ское пра­ви­тель­ство ста­ло го­то­вить­ся к из­да­нию ан­ти­хри­сти­ан­ско­го де­кре­та об от­де­ле­нии Церк­ви от го­су­дар­ства. Из­ве­стие об ан­ти­цер­ков­ном со­дер­жа­нии пред­по­ла­гав­ше­го­ся де­кре­та быст­ро до­шло до ве­ру­ю­щих, и 10 ян­ва­ря мит­ро­по­лит Пет­ро­град­ский Ве­ни­а­мин (Ка­зан­ский) на­пра­вил со­вет­ско­му пра­ви­тель­ству пись­мо, в ко­то­ром вы­ра­зил свою тре­во­гу по по­во­ду со­дер­жа­ния го­то­вя­ще­го­ся де­кре­та. В от­вет Ле­нин по­тре­бо­вал от сво­их под­чи­нен­ных ско­рей­шей до­ра­бот­ки тек­ста де­кре­та.
В то же вре­мя со­вет­ское пра­ви­тель­ство рас­по­ря­ди­лось пред­при­нять прак­ти­че­ские ша­ги по при­ме­не­нию де­кре­та, на­чав со сто­лич­ной Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры. В суб­бо­ту 13 ян­ва­ря 1918 го­да во вре­мя позд­ней ли­тур­гии в по­кои на­мест­ни­ка Лав­ры епи­ско­па Про­ко­пия (Ти­то­ва) явил­ся от­ряд мат­ро­сов и епи­ско­пу бы­ло за­яв­ле­но, что все по­ме­ще­ния в Лав­ре бу­дут изъ­яты в поль­зу со­вет­ских учре­жде­ний, со­хра­нит­ся толь­ко бо­го­слу­же­ние.
15 ян­ва­ря на имя епи­ско­па Про­ко­пия при­шло рас­по­ря­же­ние ко­мис­са­ра нар­ко­ма­та при­зре­ния Кол­лон­тай, — од­ной из из­вест­ных блуд­ниц в боль­ше­вист­ском пра­ви­тель­стве, про­па­ган­ди­ро­вав­шей идею пуб­лич­но­го раз­вра­та, — что все по­ме­ще­ния и ка­пи­та­лы Лав­ры бу­дут рек­ви­зи­ро­ва­ны.
16 ян­ва­ря на­зна­чен­ный боль­ше­вист­ским пра­ви­тель­ством ко­мис­са­ром Лав­ры Ило­вай­ский по­тре­бо­вал от на­мест­ни­ка сда­чи все­го лавр­ско­го иму­ще­ства. Епи­скоп Про­ко­пий от­ка­зал­ся ис­пол­нить без­за­кон­ный при­каз. 17 ян­ва­ря пред­ста­ви­те­ли от бра­тии Лав­ры на­ча­ли ве­сти пе­ре­го­во­ры с Кол­лон­тай, но она ка­те­го­рич­но за­яви­ла, что от­ме­нить пред­по­ла­га­е­мо­го за­хва­та Лав­ры не мо­жет.
19 ян­ва­ря (1 фев­ра­ля) в на­ча­ле вто­ро­го ча­са дня в Алек­сан­дро-Нев­скую Лав­ру при­был ко­мис­сар Ило­вай­ский в со­про­вож­де­нии две­на­дца­ти сол­дат и пя­ти крон­штадт­ских мат­ро­сов. На со­бор­ной ко­ло­кольне зво­на­ри уда­ри­ли в на­бат, на него ото­зва­лись ко­ло­ко­ла бли­жай­ших церк­вей — Бо­ри­со­глеб­ской, Зна­мен­ской и Скор­бя­щен­ской. Ото­всю­ду к Лав­ре стал сте­кать­ся на­род. Ило­вай­ский аре­сто­вал епи­ско­па Про­ко­пия. В это вре­мя в ке­лье на­мест­ни­ка на­хо­ди­лись че­ты­ре мо­на­ха, чле­ны лавр­ско­го со­ве­та. Епи­скоп Про­ко­пий был вы­ве­ден из ке­льи и за­клю­чен под стра­жу в од­ном из по­ме­ще­ний Лав­ры, а к че­ты­рем мо­на­хам бы­ла при­став­ле­на стра­жа из че­ты­рех крас­но­гвар­дей­цев. Ило­вай­ский вы­шел во двор Лав­ры, где его тут же окру­жи­ла разъ­ярен­ная тол­па, и де­ло, ве­ро­ят­но, мог­ло бы окон­чить­ся рас­пра­вой над ним, ес­ли бы не на­хо­див­ши­е­ся ря­дом мо­на­хи, ко­то­рые ста­ли успо­ка­и­вать на­род, а за­тем один из мо­на­хов, за­го­ро­див со­бой ко­мис­са­ра, про­вел его околь­ной тро­пин­кой к сол­да­там про­жек­тор­ной ко­ман­ды, рас­по­ла­гав­шей­ся в од­ном из зда­ний Лав­ры. Од­новре­мен­но с Ило­вай­ским по­ки­ну­ли Лав­ру и крас­но­гвар­дей­цы.
Вско­ре на по­мощь за­хват­чи­кам при­был из Смоль­но­го гру­зо­вик с крас­но­гвар­дей­ца­ми, во­ору­жен­ны­ми дву­мя пу­ле­ме­та­ми. Этот от­ряд сно­ва воз­гла­вил Ило­вай­ский. Пу­ле­ме­ты бы­ли по­став­ле­ны на лавр­ском дво­ре на­про­тив хра­ма в честь Со­ше­ствия Свя­то­го Ду­ха. Все это вре­мя про­дол­жал зву­чать лавр­ский на­бат. По зво­на­рям бы­ло сде­ла­но несколь­ко зал­пов, но на­бат про­дол­жал­ся. То­гда Ило­вай­ский с крас­но­гвар­дей­ца­ми во­шли в на­пол­нен­ную бо­го­моль­ца­ми цер­ковь. Ило­вай­ский, узнав, где вход на ко­ло­коль­ню, под­нял­ся на­верх и, угро­жая ору­жи­ем, со­гнал с ко­ло­коль­ни зво­на­рей. Крас­но­гвар­дей­цы вни­зу ста­ли из­го­нять из Лав­ры бо­го­моль­цев. Раз­да­лось несколь­ко вы­стре­лов. Один из бо­го­моль­цев был ра­нен.
В это вре­мя к Лав­ре на­пра­вил­ся про­то­и­е­рей Петр Ски­пет­ров, на­ме­ре­ва­ясь прой­ти к мит­ро­по­ли­ту Ве­ни­а­ми­ну. В во­ро­тах Лав­ры свя­щен­ни­ка встре­тил его сын и стал уго­ва­ри­вать, вви­ду мо­гу­щих быть бес­по­ряд­ков, не ид­ти да­лее, но отец Петр не об­ра­тил на это вни­ма­ния и на­пра­вил­ся к глав­но­му вхо­ду в по­кои мит­ро­по­ли­та. Уви­дев, что его путь пре­гра­ди­ли несколь­ко во­ору­жен­ных крас­но­гвар­дей­цев, ко­то­рые пре­ре­ка­лись с жен­щи­на­ми и угро­жа­ли им ору­жи­ем, отец Петр всту­пил­ся за жен­щин и стал уве­ще­вать крас­но­гвар­дей­цев не про­из­во­дить на­си­лия над ве­ру­ю­щи­ми и уко­рять их за из­де­ва­тель­ство над на­род­ны­ми свя­ты­ня­ми. Один из крас­но­гвар­дей­цев на­пра­вил ре­воль­вер на свя­щен­ни­ка и в упор вы­стре­лил ему в ли­цо. Пу­ля по­па­ла в ниж­нюю че­люсть и про­шла в шею.
Отец Петр, по­те­ряв со­зна­ние, упал, и тут же по­до­спев­шие лю­ди уло­жи­ли его на но­сил­ки и пе­ре­нес­ли в лавр­скую боль­ни­цу. По­ло­же­ние ра­не­но­го, од­на­ко, бы­ло на­столь­ко тя­же­лым, что он был от­прав­лен в ла­за­рет, на­хо­див­ший­ся на Нев­ском про­спек­те непо­да­ле­ку от Лав­ры. Там его по­се­ти­ла су­пру­га, а за­тем мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин, ко­то­рый бла­го­сло­вил смер­тель­но ра­не­но­го свя­щен­ни­ка. Отец Петр от­крыл гла­за, узнал мит­ро­по­ли­та, но уже что-ли­бо ска­зать не мог. Несмот­ря на уси­лия вра­чей, со­сто­я­ние здо­ро­вья свя­щен­ни­ка к 10 ча­сам ве­че­ра рез­ко ухуд­ши­лось, и в 10 ча­сов 45 ми­нут про­то­и­е­рей Петр скон­чал­ся.
21 ян­ва­ря 1918 го­да те­ло уби­то­го свя­щен­ни­ка бы­ло пе­ре­не­се­но в Скор­бя­щен­скую цер­ковь. В вы­но­се те­ла и со­вер­ше­нии за­упо­кой­ной все­нощ­ной участ­во­вал мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин с ви­ка­ри­я­ми и мно­го­чис­лен­ным ду­хо­вен­ством. 21 и 22 ян­ва­ря у гро­ба от­ца Пет­ра по­бы­ва­ли ты­ся­чи лю­дей и непре­рыв­но слу­жи­лись па­ни­хи­ды «об уби­ен­ном за ве­ру пра­во­слав­ную ра­бе Бо­жи­ем про­то­и­е­рее Пет­ре».
Те­ло уби­то­го свя­щен­ни­ка пред­по­ла­га­лось по­хо­ро­нить ря­дом со Скор­бя­щен­ской цер­ко­вью, где он слу­жил мно­го лет, но ве­че­ром 21 ян­ва­ря в мест­ный ко­мис­са­ри­ат бы­ли вы­зва­ны свя­щен­ник, ис­пол­ня­ю­щий обя­зан­но­сти на­сто­я­те­ля Скор­бя­щен­ской церк­ви, цер­ков­ный ста­ро­ста и пред­се­да­тель цер­ков­но­го со­ве­та; им бы­ло вру­че­но в пись­мен­ном ви­де рас­по­ря­же­ние вла­стей не хо­ро­нить по­кой­но­го вбли­зи хра­ма, так как непо­да­ле­ку про­те­ка­ет Нева и мо­жет про­изой­ти за­гряз­не­ние во­ды. Узнав об этом рас­по­ря­же­нии, мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин бла­го­сло­вил по­хо­ро­нить про­то­и­е­рея Пет­ра на Тих­вин­ском клад­би­ще Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры.
На сле­ду­ю­щий день, 22 ян­ва­ря, в Скор­бя­щен­ской церк­ви со­сто­я­лось от­пе­ва­ние уби­ен­но­го про­то­и­е­рея. Слу­же­ние ли­тур­гии и от­пе­ва­ние воз­гла­вил мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин, ему со­слу­жи­ли епи­ско­пы Про­ко­пий и Ар­те­мий[1] и два­дцать пять свя­щен­но­слу­жи­те­лей Пет­ро­гра­да. По­сле от­пе­ва­ния гроб с те­лом уби­то­го свя­щен­ни­ка по бла­го­сло­ве­нию мит­ро­по­ли­та Ве­ни­а­ми­на был про­не­сен по то­му пу­ти, ко­то­рым шел отец Петр к му­че­ни­че­ско­му вен­цу в по­след­ний день сво­ей жиз­ни. В Тро­иц­ком со­бо­ре Лав­ры бы­ла от­слу­же­на па­ни­хи­да, а за­тем ли­тия на том ме­сте, где про­ли­лась кровь свя­щен­ни­ка. Про­то­и­е­рей Петр Ски­пет­ров был по­гре­бен на Тих­вин­ском клад­би­ще Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры.
В ста­тье, опуб­ли­ко­ван­ной сра­зу же по­сле по­хо­рон пас­ты­ря, про­фес­сор Алек­сандр Брон­зов[2] пи­сал: «...По край­ней ме­ре, не за­бу­дем, не долж­ны за­быть дан­но­го им его му­че­ни­че­скою кон­чи­ною всем нам уро­ка! Бу­дем же учить­ся у него, как и нам жить, как и нам сме­ло и без­бо­яз­нен­но про­по­ве­до­вать Хри­ста, Его сло­во прав­ды. Бу­дем под­дер­жи­вать в се­бе, по­доб­но ему, ис­кор­ку бо­же­ствен­ную, чтобы не пре­вра­тить­ся нам в су­ществ, ду­ма­ю­щих толь­ко об од­ном ма­те­ри­аль­ном, об од­ном Мо­ло­хе...
Для нас лич­но­сти, по­доб­ные от­цу Пет­ру, все­гда бу­дут свет­лы­ми ма­я­ка­ми, од­но вос­по­ми­на­ние о ко­то­рых все­гда бла­го­твор­ней­шим об­ра­зом станет дей­ство­вать на нас и бу­дет охра­нять нас от оши­бок, от сла­бо­сти, от па­де­ний...»

Священномученик Философ Орнатский, пресвитер и сыновья его, мученики Борис и Николай

Свя­щен­но­му­че­ник Фило­соф ро­дил­ся 21 мая 1860 го­да на по­го­сте Но­вая Ер­га Че­ре­по­вец­ко­го уез­да Нов­го­род­ской гу­бер­нии[a] в се­мье свя­щен­ни­ка Ни­ко­лая Ива­но­ви­ча Ор­нат­ско­го. Фило­соф Ни­ко­ла­е­вич окон­чил Ки­рил­лов­ское ду­хов­ное учи­ли­ще, Нов­го­род­скую Ду­хов­ную се­ми­на­рию и в 1885 го­ду со сте­пе­нью кан­ди­да­та бо­го­сло­вия Санкт-Пе­тер­бург­скую Ду­хов­ную ака­де­мию. 17 июля 1885 го­да Фило­соф Ни­ко­ла­е­вич об­вен­чал­ся с де­ви­цей Еле­ной, до­че­рью ипо­ди­а­ко­на Иса­а­ки­ев­ско­го ка­фед­раль­но­го со­бо­ра в Санкт-Пе­тер­бур­ге Ни­ко­лая Ми­хай­ло­ви­ча За­озер­ско­го.
26 июля 1885 го­да Фило­соф Ни­ко­ла­е­вич был ру­ко­по­ло­жен во диа­ко­на, а 28 июля – во свя­щен­ни­ка ко хра­му в честь ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Уто­ли моя пе­ча­ли» при дет­ском при­юте прин­ца Пет­ра Ге­ор­ги­е­ви­ча Оль­ден­бург­ско­го.

Сра­зу же по­сле ру­ко­по­ло­же­ния мо­ло­дой де­я­тель­ный свя­щен­ник стал чле­ном Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния в ду­хе Пра­во­слав­ной Церк­ви, с ко­то­рым впо­след­ствии бы­ла свя­за­на вся его жизнь. Он пи­сал о том вре­ме­ни и при­чи­нах, по­слу­жив­ших воз­ник­но­ве­нию Об­ще­ства: «1881 год оста­нет­ся на­ве­ки па­мят­ным не толь­ко в жиз­ни Пе­тер­бур­га, но и всей Рос­сии, все­го ми­ра. В этом го­ду от ру­ки фа­на­тич­ных зло­де­ев пал на ули­це сво­ей сто­ли­цы бла­го­де­тель не толь­ко сво­е­го, но и чу­жих на­ро­дов, царь-осво­бо­ди­тель. Но это пре­ступ­ле­ние бы­ло гроз­ным не столь­ко са­мо по се­бе, сколь­ко как зна­ме­ние вре­ме­ни, как небес­ное предо­сте­ре­же­ние на­ро­ду, укло­нив­ше­му­ся в неко­то­рой сво­ей ча­сти с пу­ти ис­тин­но­го. Это укло­не­ние пре­иму­ще­ствен­но об­ра­зо­ван­но­го клас­са рус­ских лю­дей к на­ча­лу 1880-х го­дов об­на­ру­жи­лось во­очию. Ма­те­ри­а­ли­сти­че­ские на­ча­ла, на ко­то­рых стро­и­ли свою жизнь об­ра­зо­ван­ные рус­ские лю­ди с 50‑х го­дов на­сто­я­ще­го сто­ле­тия, об­на­ру­жи­лись в за­бве­нии Бо­га и Его за­ко­на, в от­чуж­де­нии от Церк­ви, в рас­пу­щен­но­сти нра­вов, в хи­ще­нии об­ще­ствен­ных сумм, в ча­стых са­мо­убий­ствах, в по­яв­ле­нии, по при­ме­ру За­па­да, и у нас на Ру­си ни­ги­ли­сти­че­ской за­ра­зы

Со­бы­тия, свя­зан­ные с ца­ре­убий­ством 1 мар­та 1881 го­да, при­шлись на мо­ло­дые го­ды от­ца Фило­со­фа, и впо­след­ствии, раз­мыш­ляя над во­про­са­ми вос­пи­та­ния де­тей, над тем, что яв­ля­ет­ся са­мым су­ще­ствен­ным в вос­пи­та­нии, он вы­нуж­ден был при­знать, что до­ля со­чув­ствия ре­во­лю­ци­о­не­рам жи­ла то­гда во мно­гих серд­цах и, в част­но­сти, и у него. Цен­тром вос­пи­та­тель­ных уси­лий ро­ди­те­лей и об­ще­ства долж­но стать вос­пи­та­ние в ре­бен­ке преж­де все­го че­ло­ве­ка-хри­сти­а­ни­на.
«Пре­ступ­ле­ние, – пи­сал он, – име­ет при­вле­ка­тель­ный ха­рак­тер в гла­зах юно­шей, тем бо­лее ко­гда оно оправ­ды­ва­ет­ся вы­со­кой це­лью. Так и мы бы­ли улов­ля­е­мы в се­ти лю­дей, со­чув­ству­ю­щих пре­ступ­ле­нию. ..Мы долж­ны быть бла­го­дар­ны Гос­по­ду Бо­гу, что на­ши увле­че­ния не по­шли даль­ше со­чув­ствия ни­ги­лиз­му. И эту бла­го­дар­ность мы долж­ны за­сви­де­тель­ство­вать в слух всей Рос­сии, все­го на­ше­го Оте­че­ства. Бу­ду­щее по­ка­жет, ка­ки­ми пат­ри­о­та­ми мы вы­шли из страш­но­го ис­пы­та­ния, – те­перь же на­ше сви­де­тель­ство долж­но быть сви­де­тель­ством о том, что спас­ло нас. И мы, как са­ми ис­пы­тав­шие на се­бе, сви­де­тель­ству­ем, что нас спас от пре­ступ­но­го со­об­ще­ства Бог, ве­ра и пре­дан­ность Ему. Неко­то­рые из нас го­то­вы бы­ли со­чув­ство­вать, и неред­ко со­чув­ство­ва­ли пла­нам, ко­то­рые ри­со­ва­ли в бу­ду­щем ни­ги­ли­сты, их сме­ло­сти и ре­ши­тель­но­сти, их да­же пре­ступ­ле­ни­ям по от­но­ше­нию к ли­цам, об­ле­чен­ным вла­стью, ко­то­рых они вы­да­ва­ли за вра­гов сво­е­го де­ла, но мы от­вра­ща­лись от ни­ги­лиз­ма, ко­гда раз­ду­мы­ва­ли о том, что он от­ри­ца­ет и Бо­га. Жи­во пом­ним, что в ми­ну­ты са­мо­го на­пря­жен­но­го раз­ду­мья об этом зле – ко­то­рое до 1 мар­та на­хо­ди­ло се­бе и оправ­да­те­лей, и за­щит­ни­ков да­же в лю­дях зре­ло­го воз­рас­та – мы вспо­ми­на­ли впе­чат­ле­ния дет­ства: мать, обу­чав­шую нас гра­мо­те по Псал­ти­ри и мо­лит­ве со слов, а так­же впе­чат­ле­ния юно­сти: от­ца, при­зна­вав­ше­го в нас мно­го ума, но еще боль­ше безу­мия, – и мы под дей­стви­ем этих впе­чат­ле­ний, ра­ди Бо­га, имя Ко­то­ро­го бы­ло на­твер­же­но нам с са­мо­го дет­ства, от­вра­ща­лись от ни­ги­лиз­ма. И это нас спас­ло. Вы­вод от­сю­да тот, что, ес­ли хо­ти­те спа­сти де­тей, се­мью, го­су­дар­ство, ве­ди­те вос­пи­та­ние во имя Бо­га, под зи­жди­тель­ны­ми лу­ча­ми ве­ры, под ру­ко­вод­ством об­щей на­шей ма­те­ри Церк­ви»[2].
В 1888 го­ду отец Фило­соф был на­зна­чен чле­ном Ко­ми­те­та Пра­во­слав­но­го Мис­си­о­нер­ско­го Об­ще­ства, в 1890-м – из­бран чле­ном Со­ве­та Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния в ду­хе Пра­во­слав­ной Церк­ви; 4 мая 1892 го­да отец Фило­соф был из­бран пред­се­да­те­лем это­го Об­ще­ства и на этом по­сту он успел мно­го по­тру­дить­ся до сво­ей му­че­ни­че­ской кон­чи­ны.
В июле 1891 го­да он был при­гла­шен для ра­бо­ты в ко­мис­сии по стро­и­тель­ству церк­ви во имя пре­по­доб­но­му­че­ни­ка Ан­дрея Крит­ско­го при Экс­пе­ди­ции за­го­тов­ле­ния Го­судар­ствен­ных бу­маг; 26 ав­гу­ста 1892 го­да отец Фило­соф по прось­бе слу­жа­щих Экс­пе­ди­ции был на­зна­чен на­сто­я­те­лем это­го хра­ма.
22 ап­ре­ля 1893 го­да отец Фило­соф был из­бран де­пу­та­том от ду­хов­но­го ве­дом­ства в Санкт-Пе­тер­бург­скую Го­род­скую Ду­му. Од­ной из пер­вых за­ко­но­да­тель­ных ини­ци­а­тив свя­щен­ни­ка бы­ло из­да­ние по­ло­же­ния о необ­хо­ди­мо­сти празд­нич­но­го от­ды­ха для тор­го­вых лю­дей, «ко­то­рое да­ва­ло бы воз­мож­ность тор­го­вым лю­дям как мо­лить­ся во вре­мя позд­ней ли­тур­гии до со­вер­шен­но­го окон­ча­ния ее, так и по­се­тить ду­хов­ную бе­се­ду ве­че­ром; об от­кры­тии ма­га­зи­нов и ла­вок по празд­ни­кам в два ча­са дня и окон­ча­нии тор­гов­ли в пять-шесть ча­сов ве­че­ра»[3].
При непо­сред­ствен­ном уча­стии от­ца Фило­со­фа в 1893 го­ду был вы­стро­ен Тро­иц­кий храм, а в 1895-м – при­мы­кав­шее к хра­му зда­ние с за­лом для ду­хов­ных бе­сед и со­бра­ний Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния. Зал Об­ще­ства стал ду­хов­ным цен­тром мно­гих цер­ков­но-ре­ли­ги­оз­ных со­бы­тий сто­ли­цы. Со вре­ме­нем был вы­стро­ен дом Об­ще­ства, в ко­то­ром раз­ме­сти­лись бес­плат­ная ду­хов­ная биб­лио­те­ка с чи­таль­ным за­лом, вос­крес­ная и цер­ков­но­при­ход­ская шко­лы, цен­траль­ный книж­ный склад Об­ще­ства и ма­га­зин.
В 1894 го­ду отец Фило­соф был из­бран чле­ном го­род­ской ко­мис­сии по на­род­но­му об­ра­зо­ва­нию и пред­се­да­те­лем ана­ло­гич­ной ко­мис­сии по Нарв­ской ча­сти Санкт-Пе­тер­бур­га, где раз­ме­ща­лось мно­го круп­ных за­во­дов и бы­ло все­го два при­ход­ских хра­ма. В 1894 го­ду свя­щен­ник об­ра­тил­ся к Го­род­ской Ду­ме с прось­бой вы­де­лить зем­лю для по­стро­е­ния хра­ма на пять ты­сяч че­ло­век, по­ме­ще­ния при нем для ве­де­ния ду­хов­ных бе­сед и бес­плат­ной биб­лио­те­ки с чи­таль­ным за­лом. В том же го­ду на это ме­сто был пе­ре­не­сен, со­бран и освя­щен де­ре­вян­ный храм в честь Вос­кре­се­ния Хри­сто­ва, на­ча­то из­да­ние еже­не­дель­но­го жур­на­ла «Санкт-Пе­тер­бург­ский ду­хов­ный вест­ник», ре­дак­то­ром ко­то­ро­го был из­бран отец Фило­соф. Од­ним из де­я­тель­ней­ших со­труд­ни­ков жур­на­ла стал отец Иоанн Крон­штадт­ский, пе­ча­тав­ший в нем свои про­по­ве­ди и от­рыв­ки из днев­ни­ков.
В 1898 го­ду при Вос­кре­сен­ском хра­ме бы­ло учре­жде­но Алек­сан­дро-Нев­ское об­ще­ство трез­во­сти, ко­то­рое «по­ни­ма­ло под трез­во­стью не од­ну... доб­ро­де­тель воз­дер­жа­ния от спирт­ных на­пит­ков, но це­лост­ное, хри­сти­ан­ски-ор­га­ни­че­ское на­ча­ло жиз­ни, при­во­дя­щее в гар­мо­ни­че­ское со­че­та­ние все твор­че­ские си­лы че­ло­ве­ка и предо­хра­ня­ю­щее его от пья­ня­ще­го по­дав­ле­ния тем­ны­ми си­ла­ми, и с пер­вых же пор на­пра­ви­ло свою де­я­тель­ность на устра­не­ние са­мих при­чин и усло­вий за­рож­де­ния нетрез­во­сти»[4].
В 1898 го­ду был освя­щен храм во имя Иоан­на Пред­те­чи, по­стро­ен­ный при непо­сред­ствен­ном уча­стии от­ца Фило­со­фа, став­ший ду­хов­но-про­све­ти­тель­ным цен­тром на Вы­борг­ской сто­роне.
В 1895 го­ду отец Фило­соф был на­граж­ден на­перс­ным кре­стом. 14 но­яб­ря 1898 го­да он за усерд­ную и по­лез­ную де­я­тель­ность на по­сту пред­се­да­те­ля Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния в ду­хе Пра­во­слав­ной церк­ви и тру­ды по по­стро­е­нию трех хра­мов Об­ще­ства был воз­ве­ден в сан про­то­и­е­рея. В 1899 го­ду бы­ла от­кры­та бес­плат­ная биб­лио­те­ка-чи­таль­ня име­ни «М.В. Ло­мо­но­со­ва», ор­га­ни­за­то­ром и пер­вым ди­рек­то­ром ко­то­рой стал про­то­и­е­рей Фило­соф.
В ночь на 24 но­яб­ря 1899 го­да сго­ре­ла Пред­те­чен­ская цер­ковь на Вы­борг­ской сто­роне, но отец Фило­соф не рас­те­рял­ся при этом ис­ку­ше­нии: под вре­мен­ный храм был при­спо­соб­лен со­сед­ний ба­рак вме­сти­мо­стью до ты­ся­чи че­ло­век, и вско­ре бо­го­слу­же­ния воз­об­но­ви­лись, а на ме­сте по­жа­ри­ща стал воз­дви­гать­ся но­вый ка­мен­ный храм.
Че­ло­век ши­ро­ких взгля­дов, про­то­и­е­рей Фило­соф жи­во ин­те­ре­со­вал­ся со­ци­аль­ны­ми и ре­ли­ги­оз­ны­ми тен­ден­ци­я­ми, ко­то­рые бы­ли на­сущ­ны для об­ще­ства в дан­ный мо­мент. В это вре­мя ста­ло вхо­дить в мо­ду об­суж­де­ние во­про­сов о рав­но­пра­вии муж­чи­ны и жен­щи­ны, от­но­ся­щих­ся к об­ла­сти их ра­вен­ства в про­фес­сио­наль­ных за­ня­ти­ях. Отец Фило­соф пи­сал: «Итак, и свя­тое Еван­ге­лие, и свет­ская ли­те­ра­ту­ра, и жи­тей­ская дей­стви­тель­ность со­глас­но сви­де­тель­ству­ют, где ис­точ­ник об­нов­ле­ния жен­щи­ны, род­ник ее пло­до­твор­ных и ве­ли­ких сил. Этот ис­точ­ник – ее ве­ру­ю­щее, чи­стое, лю­бя­щее серд­це. Ве­ру­ю­щая и лю­бя­щая жен­щи­на спо­соб­на на ве­ли­кие по­дви­ги, хо­тя бы их аре­ной слу­жил и ма­лый мир, на­зы­ва­е­мый се­мьею. Ма­лый... Но не со­зи­да­ет­ся ли из этих ма­лых ми­ров гро­ма­да об­ще­ства? И от це­ло­сти и кре­по­сти се­мьи не за­ви­сит ли и кре­пость го­су­дар­ства? А по­се­му обы­ден­ные и, по-ви­ди­мо­му, ма­лые по­дви­ги, со­вер­ша­е­мые в се­мье жен­щи­ною, по­лу­ча­ют гро­мад­ное об­ще­ствен­ное зна­че­ние. Жен­щи­на – мать, вос­пи­та­тель­ни­ца и учи­тель­ни­ца де­тей, нрав­ствен­но-сдер­жи­ва­ю­щее на­ча­ло для му­жа, блю­сти­тель­ни­ца ми­ра и по­коя у се­мей­но­го оча­га и го­судар­ствен­ный де­я­тель. Хри­сти­ан­ски, са­мым жи­ти­ем сво­им, по вы­ра­же­нию еван­гель­ско­му, вли­ять на му­жа, мо­лить­ся над спя­щим и бодр­ству­ю­щим ре­бен­ком, учить ди­тя мо­лит­ве и ру­ко­во­дить его во­лею в доб­ром на­прав­ле­нии, си­деть у его од­ра бо­лез­ни – не ни­же, а вы­ше, чем слу­жить в кан­це­ля­ри­ях и кон­то­рах или за­ни­мать­ся на­уч­ны­ми ис­сле­до­ва­ни­я­ми и улуч­ше­ни­я­ми че­ло­ве­че­ских от­но­ше­ний»[6].
С каж­дым де­ся­ти­ле­ти­ем все бо­лее рас­ша­ты­ва­лись ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­ные ос­но­вы рус­ско­го об­ще­ства, и отец Фило­соф, об­ра­ща­ясь к его об­ра­зо­ван­ной ча­сти, в 1894 го­ду пи­сал: «Смот­ри­те: вот, жизнь хри­сти­ан­ская рас­ша­ты­ва­ет­ся в са­мых ее усто­ях. Ре­ли­гия и ве­ра объ­яв­ля­ют­ся от­жив­ши­ми свой век, на ме­сто Бо­га лю­ди ста­вят че­ло­ве­че­ство и слу­же­ни­ем ему хо­тят за­ме­нить слу­же­ние Бо­гу. Мир ду­хов­ный объ­яв­ля­ет­ся несу­ще­ству­ю­щим, и Ан­ге­лы доб­рые и злые, о ко­то­рых пря­мо и ре­ши­тель­но сви­де­тель­ству­ет Свя­тое Пи­са­ние, при­зна­ют­ся толь­ко на­ши­ми по­ня­ти­я­ми о доб­ром и злом. Прав­да, про­воз­гла­ша­ет­ся та­кое уче­ние по­ка роб­ко, не вслух, ино­гда да­же с име­нем Бо­га на бес­тре­пет­ных устах. Тем не ме­нее оно вле­чет за со­бой и мно­гие дру­гие от­ри­ца­ния, и преж­де все­го от­ри­ца­ние се­мьи, это­го зер­на, от це­ло­сти ко­то­ро­го за­ви­сит це­лость го­су­дар­ства. На­хо­дят­ся лю­ди, ко­то­рые брак не при­зна­ют со­ю­зом нрав­ствен­ным, за­клю­ча­е­мым для обо­юд­но­го спа­се­ния му­жа и же­ны и хри­сти­ан­ско­го вос­пи­та­ния де­тей, но об­ра­ща­ют в про­стую сдел­ку, ра­ди чув­ствен­ных на­сла­жде­ний и вы­го­ды. Де­ти не вос­пи­ты­ва­ют­ся в ис­ти­нах ве­ры и пра­ви­лах бла­го­че­стия – на­про­тив, ро­ди­те­ли го­то­вы от­ка­зать­ся от них, как от из­лиш­ней обу­зы. И ес­ли бы не Цер­ковь в со­ю­зе с вла­стью, то из мно­гих де­тей на­ше­го вре­ме­ни вос­пи­та­лись бы пря­мо без­бож­ни­ки, пре­ступ­ни­ки, опас­ные для лю­дей.
Но вот и еще бо­лее зло­ве­щие зна­ме­ния вре­ме­ни: в совре­мен­ном по­ко­ле­нии слы­шат­ся ху­лы на Са­мо­го Ду­ха Свя­то­го! На­род рус­ский, за­ча­тый пра­во­слав­ной ве­рой, ею вы­ра­щен в ве­ли­кий и мо­гу­чий на­род, ею сто­ит и му­жа­ет. И мы еще не до­жи­ли до от­кры­то­го без­бо­жия, до то­го, чтобы оно про­по­ве­до­ва­лось пуб­лич­но, как это де­ла­ет­ся уже в стра­нах, опе­ре­див­ших нас на пу­ти к ве­ли­кой скор­би по­след­них дней ми­ра. Но в по­след­нее вре­мя в раз­ных ме­стах и на­шей ро­ди­ны об­на­ру­жи­ва­ют­ся и под­ни­ма­ют го­ло­ву ере­ти­че­ские уче­ния, срод­ные от­кры­то­му без­бо­жию. Они про­по­ве­ду­ют­ся или от име­ни по­верх­ност­ной на­у­ки, или про­ти­во­по­став­ля­ют­ся недо­стат­ком на­ше­го че­ло­ве­че­ско­го ис­по­ве­да­ния ве­ры. Эти уче­ния на­хо­дят ча­ще без­молв­ных, но неред­ко и гром­ко за­яв­ля­ю­щих о них сто­рон­ни­ков, и не толь­ко сре­ди лю­дей об­ра­зо­ван­ных, но – что осо­бен­но горь­ко и страш­но – и сре­ди про­сте­цов... Разъ­еда­ю­щий ра­цио­на­лизм, от­кры­то из­го­ня­ю­щий ве­ру из жиз­ни, осо­бен­но ко­гда он рас­про­стра­ня­ет­ся сре­ди про­сте­цов, опа­сен не толь­ко в ре­ли­ги­оз­ном от­но­ше­нии: он несет свои от­ри­ца­ния и в сфе­ру се­мей­ной жиз­ни, под­та­чи­ва­ет наш го­судар­ствен­ный ор­га­низм, под­ры­ва­ет ав­то­ри­тет вла­сти...
В то вре­мя как мы спа­ли ду­хов­но, устрем­ля­ясь кто на се­ло свое, кто на куп­лю свою, враг ро­да че­ло­ве­че­ско­го улов­лял в свои се­ти про­сто­душ­ных и, ука­зы­вая им на на­ши сла­бо­сти, рас­па­лял их нена­ви­стью к нам. И вот мы сто­им ли­цом к ли­цу с вра­гом, ко­то­рый через на­ших же пле­нен­ных гре­ху со­бра­тий, на­но­сит нам ра­ны. Нам пред­сто­ит борь­ба под­лин­ная не про­тив кро­ви и пло­ти, но про­тив на­чальств, про­тив вла­стей, про­тив ми­ро­пра­ви­те­лей тьмы ве­ка се­го, про­тив ду­хов зло­бы под­не­бес­ных Еф.6:12[7].
В 1903 го­ду отец Фило­соф был ко­ман­ди­ро­ван в Са­ров для уча­стия в тор­же­ствах по про­слав­ле­нию пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го, здесь он со­слу­жил мит­ро­по­ли­ту Санкт-Пе­тер­бург­ско­му и Ла­дож­ско­му Ан­то­нию (Вад­ков­ско­му) и про­из­нес в раз­лич­ных хра­мах оби­те­ли семь Слов и по­уче­ний, ко­то­рые бы­ли вы­пу­ще­ны за­тем от­дель­ной бро­шю­рой. Впо­след­ствии в за­ле Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния на спе­ци­аль­ном за­се­да­нии, по­свя­щен­ном па­мя­ти пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма и со­брав­шем мно­же­ство слу­ша­те­лей, про­то­и­е­рей Фило­соф по­дроб­но рас­ска­зал о са­ров­ских тор­же­ствах.
1 сен­тяб­ря 1903 го­да бы­ла от­кры­та тех­ни­че­ская шко­ла при Экс­пе­ди­ции за­го­тов­ле­ния Го­судар­ствен­ных бу­маг, и про­то­и­е­рей Фило­соф был на­зна­чен за­ко­но­учи­те­лем этой шко­лы и вре­мен­но ис­пол­ня­ю­щим обя­зан­но­сти за­ве­ду­ю­ще­го. В 1903 го­ду бы­ло по­стро­е­но и освя­ще­но зда­ние с за­лом для ду­хов­ных бе­сед на ты­ся­чу че­ло­век, вто­рой этаж зда­ния пла­ни­ро­ва­лось по­сле пе­ре­строй­ки от­дать под храм в честь пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го. В том же го­ду Об­ще­ство воз­ве­ло зда­ние и от­кры­ло зал для бе­сед на ты­ся­чу че­ло­век на Боль­шой Ох­те, был по­стро­ен и освя­щен храм во имя Иоан­на Пред­те­чи на Вы­борг­ской сто­роне. Во все это вре­мя чле­на­ми Об­ще­ства про­во­ди­лось мно­же­ство ре­ли­ги­оз­но-про­све­ти­тель­ских бе­сед; в 1903 го­ду та­ких бе­сед бы­ло про­ве­де­но 5 837 и на них по­бы­ва­ло два мил­ли­о­на две­сти ты­сяч слу­ша­те­лей. 27 де­каб­ря 1903 го­да про­то­и­е­рей Фило­соф был на­граж­ден зо­ло­тым на­перс­ным кре­стом.

В 1908 го­ду бы­ло за­вер­ше­но стро­и­тель­ство хра­ма Вос­кре­се­ния Хри­сто­ва у Вар­шав­ско­го вок­за­ла. Во вре­мя ли­тур­гии по­сле освя­ще­ния хра­ма отец Фило­соф был на­граж­ден мит­рой. В 1909 го­ду за Нарв­ской за­ста­вой бы­ло на­ча­то стро­и­тель­ство вось­мо­го хра­ма Об­ще­ства в честь пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го, ко­то­рое бы­ло за­вер­ше­но через год. В ночь на 29 июля 1912 го­да в хра­ме воз­ник по­жар, уда­лось спа­сти лишь часть цер­ков­ной утва­ри, икон, об­ла­че­ний и ан­ти­мин­сы. На экс­трен­ном за­се­да­нии со­ве­та Об­ще­ства бы­ло ре­ше­но при­сту­пить к воз­рож­де­нию хра­ма, и уже 30 де­каб­ря 1912 го­да епи­скоп Гдов­ский Ве­ни­а­мин (Ка­зан­ский) со­вер­шил освя­ще­ние воз­рож­ден­но­го хра­ма.
28 июля 1910 го­да ис­пол­ни­лось два­дцать пять лет свя­щен­ни­че­ско­го слу­же­ния от­ца Фило­со­фа, но в этот день он ре­ши­тель­но укло­нил­ся от ка­ких бы то ни бы­ло че­ство­ва­ний, про­ве­дя его в мо­лит­ве в Са­ров­ской пу­сты­ни у мо­щей пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма. Од­на­ко де­я­тель­ность свя­щен­ни­ка бы­ла слиш­ком за­мет­на, и учре­жде­ния, ко­их он был со­труд­ни­ком, пред­ло­жи­ли от­празд­но­вать его юби­лей 17 ок­тяб­ря 1910 го­да, в день пре­столь­но­го празд­ни­ка хра­ма при Экс­пе­ди­ции за­го­тов­ле­ния Го­судар­ствен­ных бу­маг. Юби­лей­ное тор­же­ство бы­ло на­ча­то со­вер­ше­ни­ем Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии, ко­то­рую воз­гла­вил епи­скоп Гдов­ский Ве­ни­а­мин.
В 1912 го­ду мит­р.  Вла­ди­мир на­зна­чил про­то­и­е­рея Фило­со­фа на­сто­я­те­лем Ка­зан­ско­го со­бо­ра.
В 1914 го­ду на­ча­лась Пер­вая ми­ро­вая вой­на. Про­то­и­е­рей Фило­соф сра­зу же от­крыл при Ка­зан­ском со­бо­ре ла­за­рет для ра­не­ных. Се­мья Ор­нат­ских пе­ре­да­ла под на­доб­но­сти ла­за­ре­та свою квар­ти­ру, пе­ре­ехав в мень­шую. Ла­за­рет во все вре­мя су­ще­ство­ва­ния со­дер­жал­ся пол­но­стью на цер­ков­ные сред­ства и по­жерт­во­ва­ния при­хо­жан..
2 мар­та 1917 го­да им­пе­ра­тор Ни­ко­лай II от­рек­ся от пре­сто­ла, и про­изо­шла сме­на все­го го­судар­ствен­но-по­ли­ти­че­ско­го устрой­ства Рос­сии. 6 мар­та 1917 го­да вре­мен­но управ­ля­ю­щим Пет­ро­град­ской епар­хи­ей стал епи­скоп Гдов­ский Ве­ни­а­мин (Ка­зан­ский), воз­гла­вив­ший «Со­юз Цер­ков­но­го Еди­не­ния», по­ста­вив­ший сво­ей за­да­чей «объ­еди­не­ние кли­ра и ми­рян всей Пра­во­слав­ной Церк­ви на поч­ве не по­ли­ти­че­ских плат­форм или ве­я­ний совре­мен­ной по­ли­ти­че­ской жиз­ни, а на поч­ве хри­сти­ан­ской за­да­чи, Хри­сто­ва де­ла­ния, ко­то­рое преж­де все­го тре­бу­ет сво­бо­ды внут­рен­ней, а не внеш­ней»[9].
Пет­ро­град­ский епар­хи­аль­ный Со­бор об­ра­тил­ся с воз­зва­ни­ем ко всем граж­да­нам Рос­сии: «Враг во­рвал­ся в стра­ну на­шу – осквер­нил на­ши свя­тые хра­мы, огра­бил и сжег на­ши го­ро­да и се­ле­ния, из­би­вал жи­те­лей, на­си­ло­вал жен­щин, ис­тя­за­ет бес­че­ло­веч­но плен­ных бра­тий на­ших... Сре­ди тяж­ких этих ис­пы­та­ний и дру­гих бед­ствий, нам нис­по­слан­ных, сре­ди на­ро­да на­ше­го во­ца­ри­лась рознь – брат по­шел на бра­та. Зем­ля на­ша по­кры­лась ог­нем по­жа­ров, – му­чи­тель­но стонет цер­ков­ный на­бат, слыш­ны вопли ограб­лен­ных и по­ги­ба­ю­щих...
Пер­вый сво­бод­но-из­бран­ный Пет­ро­град­ский епар­хи­аль­ный Со­бор – мы, ми­ряне и ду­хо­вен­ство, из­брав­шие по сво­е­му серд­цу ар­хи­пас­ты­ря сво­е­го, – взы­ва­ем: “Безум­цы, оста­но­ви­тесь! За­будь­те рас­при! Враг у во­рот сто­ли­цы го­су­дар­ства на­ше­го. Под шум вза­им­ных ва­ших рас­прей он ри­нет­ся на нас, ра­зо­рит, по­гу­бит до­ро­гую на­шу Ро­ди­ну, по­гу­бит сво­бо­ду на­шу! Вы не ве­да­е­те, что тво­ри­те: ослеп­лен­ные зло­бою, вы иде­те друг на дру­га, вы пре­ступ­но про­ли­ва­е­те брат­скую кровь! Брось­те рас­при – от­ра­зи­те вра­га! Осво­бо­ди­те, спа­си­те Ро­ди­ну! Она по­ги­ба­ет! Помни­те – в еди­не­нии си­ла! Мать Цер­ковь зо­вет вас на по­двиг свя­той!”»[10].
25 ок­тяб­ря 1917 го­да без­бож­ни­ки-боль­ше­ви­ки под ру­ко­вод­ством Ле­ни­на за­хва­ти­ли власть в Пет­ро­гра­де, и уже 31 ок­тяб­ря в Цар­ском се­ле был звер­ски убит про­то­и­е­рей Иоанн Ко­чу­ров[b]. По­дроб­ное со­об­ще­ние об этом убий­стве отец Фило­соф опуб­ли­ко­вал в «Цер­ков­ном вест­ни­ке», при­гла­шая всех же­ла­ю­щих прий­ти на де­вя­тый день му­че­ни­че­ской кон­чи­ны, 8 но­яб­ря, в Ка­зан­ский со­бор, где бы­ла со­вер­ше­на па­ни­хи­да по про­то­и­е­рею Иоан­ну и всем в меж­до­усоб­ной бра­ни уби­ен­ным.
5 но­яб­ря 1917 го­да на Все­рос­сий­ском По­мест­ном Цер­ков­ном Со­бо­ре был из­бран Пат­ри­ар­хом мит­ро­по­лит Мос­ков­ский Ти­хон (Бе­ла­вин); 21 но­яб­ря бы­ла со­вер­ше­на его ин­тро­ни­за­ция и тем са­мым вос­ста­нов­лен ка­но­ни­че­ский строй Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, раз­ру­шен­ный две­сти лет на­зад Пет­ром I, сме­нив­шим то­гда го­судар­ствен­ный строй с той же ре­ши­тель­но­стью, что и боль­ше­ви­ки в 1917 го­ду.
При­шед­шие к вла­сти без­бож­ни­ки в ян­ва­ре 1918 го­да по­пы­та­лись за­хва­тить од­ну из глав­ных свя­тынь Пет­ро­гра­да – Алек­сан­дро-Нев­скую Лав­ру. 17 ян­ва­ря в за­ле Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния со­сто­я­лось со­бра­ние ду­хо­вен­ства и пред­ста­ви­те­лей при­хо­дов, и на­сто­я­тель Ка­зан­ско­го со­бо­ра про­то­и­е­рей Фило­соф внес пред­ло­же­ние в бли­жай­ший вос­крес­ный день устро­ить крест­ные хо­ды из всех хра­мов сто­ли­цы к Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ре.
19 ян­ва­ря в Лав­ре был смер­тель­но ра­нен про­то­и­е­рей Петр Ски­пет­ров[c], при­хо­див­ший­ся род­ствен­ни­ком про­то­и­е­рею Фило­со­фу – их же­ны, Ан­то­ни­на Ни­ко­ла­ев­на и Еле­на Ни­ко­ла­ев­на, бы­ли род­ны­ми сест­ра­ми. Про­то­и­е­реи Фило­соф Ор­нат­ский и Ни­ко­лай Ру­дин­ский, на­хо­див­ши­е­ся в то вре­мя в Лав­ре у мит­ро­по­ли­та Ве­ни­а­ми­на, до­ста­ви­ли ра­не­но­го свя­щен­ни­ка в боль­ни­цу, где он в тот же ве­чер скон­чал­ся.
В суб­бо­ту 20 ян­ва­ря во вре­мя все­нощ­ной про­то­и­е­рей Фило­соф про­чел в Ка­зан­ском со­бо­ре воз­зва­ние Свя­тей­ше­го Пат­ри­ар­ха Ти­хо­на от 19 ян­ва­ря, ко­то­рое отец Фило­соф раз­мно­жил и разо­слал по всем церк­вям Пет­ро­гра­да для про­чте­ния за ли­тур­ги­ей в вос­кре­се­нье 21 ян­ва­ря.
В вос­кре­се­нье с 11 ча­сов утра крест­ные хо­ды пет­ро­град­ских церк­вей на­пра­ви­лись к Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ре, а за­тем, по­сле то­го как во вто­ром ча­су дня крест­ный ход во гла­ве с мит­ро­по­ли­том Ве­ни­а­ми­ном вы­шел из во­рот Лав­ры и мит­ро­по­лит про­чел воз­зва­ние Пат­ри­ар­ха и был со­вер­шен мо­ле­бен, об­щий крест­ный ход всех го­род­ских церк­вей на­пра­вил­ся по Нев­ско­му про­спек­ту к Ка­зан­ско­му со­бо­ру, где по­сле об­ра­ще­ния мит­ро­по­ли­та Ве­ни­а­ми­на к ве­ру­ю­щим крест­ный ход был за­вер­шен.
В тот же ве­чер про­то­и­е­рей Фило­соф вы­ехал в Моск­ву во гла­ве де­пу­та­ции ду­хо­вен­ства и ми­рян Пет­ро­гра­да, про­сив­ших По­мест­ный Со­бор вос­ста­но­вить мит­ро­по­ли­та Ве­ни­а­ми­на в зва­нии и пра­вах свя­щен­но-ар­хи­манд­ри­та Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры. 22 ян­ва­ря де­пу­та­ция бы­ла при­ня­та Пат­ри­ар­хом, и на сле­ду­ю­щий день про­то­и­е­рей Фило­соф вы­сту­пил с до­кла­да­ми по дан­но­му во­про­су в Со­бор­ном со­ве­те и Со­бор­ном от­де­ле по мо­на­ше­ству, и вла­ды­ке Ве­ни­а­ми­ну бы­ло усво­е­но на­име­но­ва­ние на­сто­я­те­ля и свя­щен­но-ар­хи­манд­ри­та Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры.
24 ян­ва­ря по бла­го­сло­ве­нию Пат­ри­ар­ха Ти­хо­на про­то­и­е­рей Фило­соф вы­сту­пил на По­мест­ном Со­бо­ре с по­дроб­ным до­кла­дом, ка­са­ю­щим­ся по­пыт­ки за­хва­та Лав­ры боль­ше­ви­ка­ми и об­ще­го­род­ско­го крест­но­го хо­да. За­вер­шая рас­сказ, про­то­и­е­рей Фило­соф ска­зал: «По­ра ска­зать, что раз­бой­ни­ки взя­ли власть и управ­ля­ют на­ми. Мы тер­пе­ли, но тер­петь да­лее невоз­мож­но, по­то­му что за­тро­ну­то Свя­тое Свя­тых рус­ской ду­ши – Свя­тая Цер­ковь... На со­зна­тель­ное му­че­ни­че­ство ид­ти не сле­ду­ет, но ес­ли нам нуж­но по­стра­дать и да­же уме­реть за прав­ду, это на­до бу­дет сде­лать. Крест­ные хо­ды до­ка­жут всем, что ве­ру­ю­щий на­род объ­еди­ня­ет­ся. Ду­хо­вен­ству на­до про­по­ве­ды­вать на­ро­ду не по празд­ни­кам толь­ко, а все­гда и вез­де, где мож­но. Все долж­ны го­во­рить, что необ­хо­ди­мо за­щи­щать свя­тую ве­ру, на­до кри­чать об этом в трам­ва­ях, ки­не­ма­то­гра­фах, на же­лез­ных до­ро­гах... По­ра ду­хо­вен­ству объ­еди­нить­ся с на­ро­дом. Ес­ли Лав­ра по­лу­чи­ла за­щи­ту, это за­щи­тил ее на­род. Ес­ли от­во­ю­ем Цер­ковь, это сде­ла­ем при со­дей­ствии на­ро­да...»[11]
По­сле вы­ступ­ле­ния про­то­и­е­рея Фило­со­фа Со­бор по­ста­но­вил устро­ить крест­ный ход и в Москве, а за­тем крест­ные хо­ды про­шли по мно­гим го­ро­дам Рос­сии. 26 ян­ва­ря де­пу­та­ция воз­вра­ти­лась в Пет­ро­град, и в за­ле Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния со­сто­я­лось со­бра­ние под пред­се­да­тель­ством мит­ро­по­ли­та Ве­ни­а­ми­на с уча­сти­ем про­то­и­е­рея Фило­со­фа.
2 фев­ра­ля 1918 го­да в за­ле Об­ще­ства бы­ло про­ве­де­но со­бра­ние, по­свя­щен­ное уби­ен­но­му 25 ян­ва­ря (7 фев­ра­ля) 1918 го­да мит­ро­по­ли­ту Ки­ев­ско­му и Га­лиц­ко­му Вла­ди­ми­ру (Бо­го­яв­лен­ско­му), и про­то­и­е­рей Фило­соф пред­ло­жил из­брать по­чет­ным чле­ном Об­ще­ства Пат­ри­ар­ха Ти­хо­на.
Про­то­и­е­рей Фило­соф за­ду­мал то­гда устро­ить в под­кле­ти Ка­зан­ско­го со­бо­ра под­зем­ный храм во имя свя­щен­но­му­че­ни­ка Ер­мо­ге­на, Пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го. В этом хра­ме пред­по­ла­га­лось по­ме­стить Ка­зан­ский об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри и ико­ны свя­тых, име­на ко­то­рых но­си­ли му­че­ни­че­ски по­стра­дав­шие мит­ро­по­лит Вла­ди­мир (Бо­го­яв­лен­ский) и про­то­и­е­реи Иоанн Ко­чу­ров и Петр Ски­пет­ров, с со­от­вет­ству­ю­щи­ми над­пи­ся­ми, по­вест­ву­ю­щи­ми об их кон­чине, а так­же оско­лок сна­ря­да, по­до­бран­ный от­цом Фило­со­фом в той ком­на­те в Крем­ле, где на­хо­дил­ся во вре­мя По­мест­но­го Со­бо­ра мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин, – оско­лок дол­жен был слу­жить лам­па­дой пе­ред об­ра­зом Ка­зан­ской.
В 1918 го­ду боль­ше­вист­ский празд­ник 1 мая вы­пал на Ве­ли­кую Сре­ду и мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин вме­сте с про­то­и­е­ре­ем Фило­со­фом под­го­то­ви­ли и вы­пу­сти­ли по се­му слу­чаю воз­зва­ние, при­зы­ва­ю­щее ве­ру­ю­щих от­ка­зать­ся от уча­стия в этот день в улич­ных ше­стви­ях и гу­ля­ни­ях; боль­ше­вист­ским пра­ви­тель­ством это бы­ло рас­це­не­но как контр­ре­во­лю­ци­он­ное вы­ступ­ле­ние.
С 11-го по 16 июня в Пет­ро­гра­де на­хо­дил­ся Пат­ри­арх Ти­хон, ко­то­рый со­вер­шил бо­го­слу­же­ния во мно­гих хра­мах го­ро­да, и в част­но­сти 13 июня, в празд­ник Воз­не­се­ния Гос­под­ня, в Ка­зан­ском со­бо­ре. На­ро­ду на Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию со­бра­лось мно­же­ство, так что толь­ко незна­чи­тель­ной ча­сти уда­лось по­пасть внутрь со­бо­ра. Во вре­мя за­при­част­но­го сти­ха про­то­и­е­рей Фило­соф об­ра­тил­ся к ве­ру­ю­щим со сло­вом. «Пре­кра­ти­лось 200-лет­нее вдов­ство Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, – ска­зал он. – Пат­ри­арх – с на­ми. Он – ли­цо ви­ди­мой Церк­ви, ее серд­це, сре­до­то­чие на­ших упо­ва­ний, объ­еди­ня­ю­щий всех центр. Он воз­но­сит се­го­дня Бес­кров­ную Жерт­ву о се­бе и о люд­ских неве­же­стви­ях. Ве­ли­ки эти неве­же­ствия на­ши. Но и осле­пи­те­лен свет тор­же­ствен­но­го об­ще­ния на­ро­да со сво­им от­цом и Пер­во­свя­ти­те­лем. Пусть же оч­нут­ся на­ко­нец без­бож­ни­ки и бо­го­хуль­ни­ки на­ших дней, по­ся­га­ю­щие на свя­тую ве­ру и Цер­ковь, во­ры и гра­би­те­ли, раз­ди­ра­ю­щие Ро­ди­ну и рас­хи­ща­ю­щие на­род­ное до­сто­я­ние, пусть проснут­ся теп­лохлад­ные и вста­нут на за­щи­ту род­ных свя­тынь, по­ра и всем нам объ­еди­нять­ся для про­буж­де­ния в на­ро­де древ­ле-рус­ско­го бла­го­че­стия...»[13]
По­сле ли­тур­гии был со­вер­шен крест­ный ход с Ка­зан­ской ико­ной Бо­жи­ей Ма­те­ри и с ков­че­гом со свя­ты­ми мо­ща­ми свя­щен­но­му­че­ни­ка Ер­мо­ге­на, при­ве­зен­ны­ми Пат­ри­ар­хом из Моск­вы для вновь устра­и­ва­е­мо­го под­зем­но­го хра­ма.
На сле­ду­ю­щий день в за­ле Об­ще­ства рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния со­сто­я­лось со­бра­ние с уча­сти­ем Пат­ри­ар­ха Ти­хо­на, на ко­то­ром про­то­и­е­рей Фило­соф по­бла­го­да­рил Пат­ри­ар­ха за при­ня­тие им зва­ния по­чет­но­го чле­на Об­ще­ства, а так­же ска­зал: «Не на сло­вах толь­ко, не в повре­мен­ной пе­ча­ти, но де­кре­та­ми пра­ви­тель­ства, пре­тен­ду­ю­щи­ми на си­лу за­ко­на, свя­тая ве­ра и Цер­ковь Пра­во­слав­ная при­зна­ют­ся от­жив­ши­ми свой век учре­жде­ни­я­ми и на ме­сто веч­ных на­чал хри­сти­ан­ской жиз­ни про­воз­гла­ша­ют­ся и по­став­ля­ют­ся на­ча­ла со­ци­а­лиз­ма, име­ю­ще­го пе­ре­стро­ить жизнь по-но­во­му. Мы нескры­ва­ем сво­е­го от­но­ше­ния к со­ци­а­лиз­му и с цер­ков­ной ка­фед­ры от­кры­то про­по­ве­ду­ем, что это есть идей­но обос­но­ван­ный гра­беж. Со­ци­а­лизм враж­де­бен хри­сти­ан­ству, он не при­зна­ет неба и хо­чет устро­ить рай на зем­ле. Мы зна­ем по опы­ту, во что об­ра­ща­ют­ся в со­ци­а­ли­сти­че­ском го­су­дар­стве укра­ден­ные из хри­сти­ан­ства свя­тые на­ча­ла: сво­бо­да, ра­вен­ство и брат­ство. Ныне боль­ше, чем ко­гда-ли­бо, и в Рос­сии боль­ше, чем где‑ли­бо, яс­но, что толь­ко на ос­но­вах под­лин­но­го хри­сти­ан­ства воз­мож­но вер­нуть на­ро­ду по­ря­док для про­дол­же­ния спо­кой­ной жиз­ни, име­ю­щей ко­неч­ной це­лью спа­се­ние во Хри­сте. И Об­ще­ство, имея в ря­дах сво­их чле­нов Ве­ли­ко­го Гос­по­ди­на и От­ца на­ше­го Свя­тей­ше­го Пат­ри­ар­ха на, бу­дет про­дол­жать тру­дить­ся для рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния сре­ди всех сло­ев на­се­ле­ния»[14].
29 июля в Пет­ро­гра­де со­сто­я­лось чрез­вы­чай­ное епар­хи­аль­ное со­бра­ние для об­суж­де­ния во­про­сов – ка­кие дей­ствия необ­хо­ди­мо пред­при­нять, чтобы за­щи­тить Цер­ковь, вви­ду из­да­ния со­вет­ски­ми вла­стя­ми цир­ку­ля­ра об изъ­я­тии из школ пред­ме­тов ре­ли­ги­оз­но­го по­чи­та­ния. На­пом­нив со­брав­шим­ся о со­сто­яв­шем­ся в ян­ва­ре 1918 го­да крест­ном хо­де в за­щи­ту Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры, про­то­и­е­рей Фило­соф при­звал ду­хо­вен­ство со­вер­шить еще один об­ще­го­род­ской крест­ный ход. Но осу­ще­ствить это ему уже не уда­лось.
Про­то­и­е­рей Фило­соф и его су­пру­га Еле­на Ни­ко­ла­ев­на вос­пи­та­ли де­сять де­тей, и стар­шим сы­но­вьям, Ни­ко­лаю и Бо­ри­су, Гос­подь су­дил раз­де­лить му­че­ни­че­скую смерть вме­сте с от­цом. Да­вая на­став­ле­ния де­тям, свя­щен­ник го­во­рил: «Мы все­гда долж­ны го­во­рить прав­ду, ибо ложь – глав­ное зло, при­су­щее че­ло­ве­ку. Все­гда по­мо­гать тем, ко­му труд­но, неза­ви­си­мо от про­ис­хож­де­ния, воз­рас­та и по­ло­же­ния. Все­гда ува­жать стар­ших и ста­рость. По­сто­ян­но учить­ся, со­вер­шен­ство­вать се­бя. Глав­ное – быть че­ло­ве­ком, ко­то­ро­му не стыд­но не толь­ко пе­ред окру­жа­ю­щи­ми, но и пе­ред са­мим со­бой, пе­ред сво­ей со­ве­стью, пе­ред Гос­по­дом...»[15]

Му­че­ник Ни­ко­лай Ор­нат­ский ро­дил­ся 4 мая 1886 го­да в Санкт-Пе­тер­бур­ге. По­лу­чив пер­во­на­чаль­ное об­ра­зо­ва­ние в 10-й Санкт-Пе­тер­бург­ской гим­на­зии, он по­сту­пил в Им­пе­ра­тор­скую Во­ен­но-Ме­ди­цин­скую ака­де­мию. Во вре­мя уче­бы в ака­де­мии Ни­ко­лай всту­пил в Об­ще­ство рас­про­стра­не­ния ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го про­све­ще­ния, воз­глав­ля­е­мое от­цом, и при­нял де­я­тель­ное уча­стие в со­зда­нии цер­ков­но-на­род­но­го хо­ра при хра­ме пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го на стан­ции Граф­ская.
В 1910 го­ду Ни­ко­лай окон­чил ака­де­мию и в 1911 го­ду был опре­де­лен на служ­бу млад­шим вра­чом в 197-й пе­хот­ный Лес­ной полк. В том же го­ду он был при­ко­ман­ди­ро­ван к Све­а­борг­ско­му ла­за­ре­ту для на­уч­но-прак­ти­че­ско­го усо­вер­шен­ство­ва­ния. С 1911-го по 1914 год он слу­жил вра­чом в со­ста­ве 199‑го пе­хот­но­го Крон­штадт­ско­го пол­ка. В 1913 го­ду Ни­ко­лай об­вен­чал­ся с де­ви­цей Се­ра­фи­мой, до­че­рью про­то­и­е­рея Иоан­на Успен­ско­го, пол­ко­во­го свя­щен­ни­ка лейб-гвар­дии Фин­лянд­ско­го пол­ка. С 1914 го­да Ни­ко­лай при­ни­мал уча­стие в во­ен­ных дей­стви­ях в со­ста­ве 6-й Ав­то­мо­биль­ной ро­ты 9-й ар­мии и был на­граж­ден тре­мя ор­де­на­ми. По­сле окон­ча­ния Ми­ро­вой вой­ны он вер­нул­ся до­мой, за­нял­ся част­ной вра­чеб­ной прак­ти­кой и пел в хра­ме в цер­ков­ном хо­ре.

Му­че­ник Бо­рис Ор­нат­ский ро­дил­ся 30 мая 1887 го­да в Санкт-Пе­тер­бур­ге. Окон­чив 10-ю Санкт-Пе­тер­бург­скую гим­на­зию, он в 1908 го­ду по­сту­пил в Кон­стан­ти­нов­ское ар­тил­ле­рий­ское учи­ли­ще. По окон­ча­нии учи­ли­ща он был про­из­ве­ден в под­по­ру­чи­ки и в 1911 го­ду на­зна­чен слу­жить в 49-ю ар­тил­ле­рий­скую бри­га­ду, ис­пол­нял обя­зан­но­сти учи­те­ля бри­гад­ной учеб­ной ко­ман­ды, по­мощ­ни­ка за­ве­ду­ю­ще­го учеб­ной ко­ман­дой и за­ме­сти­те­ля за­ве­ду­ю­ще­го бри­гад­ным офи­цер­ским со­бра­ни­ем. В 1913 го­ду Бо­рис был про­из­ве­ден в по­ру­чи­ки и в том же го­ду на­зна­чен слу­жить в 3-ю ба­та­рею 23-й ар­тил­ле­рий­ской брига­ды, с ко­то­рой он при­нял уча­стие в бо­е­вых дей­стви­ях про­тив гер­ман­цев в со­ста­ве 9-й ар­мии. В 1916 го­ду Бо­рис был про­из­ве­ден в штабс-ка­пи­та­ны. Во вре­мя Пер­вой ми­ро­вой вой­ны за от­ли­чия в бо­е­вых дей­стви­ях Бо­рис Ор­нат­ский был на­граж­ден пя­тью ор­де­на­ми. По­сле воз­вра­ще­ния с фрон­та он жил вме­сте с ро­ди­те­ля­ми, по­мо­гая в хра­ме от­цу.
19 июля (1 ав­гу­ста) 1918 го­да, в ка­нун празд­но­ва­ния па­мя­ти свя­то­го про­ро­ка Илии, про­то­и­е­рея Фило­со­фа при­гла­си­ли от­слу­жить все­нощ­ную на Ох­те в Ильин­ском хра­ме при по­ро­хо­вом за­во­де. По воз­вра­ще­нии до­мой он сел ужи­нать вме­сте с се­мьей – су­пру­гой Еле­ной Ни­ко­ла­ев­ной, сы­но­вья­ми Ни­ко­ла­ем, Бо­ри­сом и Вла­ди­ми­ром, до­че­рью Ли­ди­ей и сест­рой Еле­ны Ни­ко­ла­ев­ны, вдо­вой уби­то­го про­то­и­е­рея Пет­ра Ски­пет­ро­ва. Вдруг раз­дал­ся зво­нок, и в две­рях по­яви­лись во­ору­жен­ные мат­рос и два крас­но­ар­мей­ца. Мат­рос при­ка­зал сде­лать обыск, за­тем ве­лел свя­щен­ни­ку ехать с ни­ми, по­обе­щав, что он ско­ро вер­нет­ся. Ни­ко­лай вы­звал­ся со­про­вож­дать от­ца, и то­гда мат­рос при­ка­зал и Бо­ри­су сле­до­вать с ни­ми, и они бы­ли за­клю­че­ны в тюрь­му ЧК.
При­хо­жане Ка­зан­ско­го со­бо­ра, узнав об аре­сте про­то­и­е­рея Фило­со­фа, от­пра­ви­ли к вла­стям несколь­ко де­ле­га­ций, но вла­сти не при­ня­ли их. «На­ко­нец, в... вос­кре­се­нье, по­сле обед­ни, в сквер пе­ред со­бо­ром со­бра­лась мно­го­ты­сяч­ная тол­па, глав­ным об­ра­зом жен­щин, ко­то­рая с пе­ни­ем мо­литв, хо­руг­вя­ми и ико­на­ми дви­ну­лась по Нев­ско­му про­спек­ту на Го­ро­хо­вую ули­цу осво­бо­дить... от­ца Фило­со­фа. Из тол­пы вы­шла де­ле­га­ция, ко­то­рую ком­му­ни­сты при­ня­ли и уве­ри­ли, что они от­ца Ор­нат­ско­го ско­ро вы­пу­стят и что он на­хо­дит­ся на Го­ро­хо­вой в ка­ме­ре в пол­ной без­опас­но­сти. Тол­па, успо­ко­ен­ная, разо­шлась»[16].
В ту же ночь всех об­ре­чен­ных на смерть вы­вез­ли на бе­рег Фин­ско­го за­ли­ва. Пе­ред каз­нью про­то­и­е­рей Фило­соф, успо­ка­и­вая при­го­во­рен­ных к смер­ти офи­це­ров, ко­то­рых чис­лом бы­ло бо­лее трид­ца­ти, про­из­нес спо­кой­но и крот­ко: «Ни­че­го, ко Гос­по­ду идем. Вот, при­ми­те мое пас­тыр­ское бла­го­сло­ве­ние и по­слу­шай­те свя­тые мо­лит­вы». И, встав на ко­ле­ни, он спо­кой­ным и ров­ным го­ло­сом про­чел мо­лит­вы на ис­ход ду­ши.

 Свя­щен­но­му­че­ник Ве­ни­а­мин, мит­ро­по­лит Пет­ро­град­ский и Гдов­ский (в ми­ру Ва­си­лий), ро­дил­ся в 1873 го­ду на Ни­мен­ском по­го­сте Ан­дре­ев­ской во­ло­сти Кар­го­поль­ско­го уез­да, ныне Ар­хан­гель­ской об­ла­сти, в се­мье свя­щен­ни­ка Пав­ла и Ма­рии Ка­зан­ских. Ро­ди­те­ли вос­пи­ты­ва­ли сы­на в бла­го­че­стии и хри­сти­ан­ских доб­ро­де­те­лях. По­лю­бив чте­ние жи­тий свя­тых, от­рок вос­хи­щал­ся их ду­хов­ны­ми по­дви­га­ми, со­жа­лея о том, что в совре­мен­ном ему ми­ре он ли­шен воз­мож­но­сти по­стра­дать за ве­ру пра­во­слав­ную.

Ин­те­рес Ва­си­лия Ка­зан­ско­го к ду­ше­по­лез­ным кни­гам и усер­дие в изу­че­нии цер­ков­ной гра­мо­ты пред­опре­де­ли­ли вы­бор жиз­нен­но­го пу­ти: по­сле окон­ча­ния Пет­ро­за­вод­ской Ду­хов­ной Се­ми­на­рии юно­ша по­сту­пил в Санкт-Пе­тер­бург­скую Ду­хов­ную Ака­де­мию. В 1895 го­ду он при­нял мо­на­ше­ский по­стриг с име­нем Ве­ни­а­мин и был ру­ко­по­ло­жен во иеро­ди­а­ко­на, а в сле­ду­ю­щем го­ду – во иеро­мо­на­ха. По окон­ча­нии Ака­де­мии в 1897 го­ду со сте­пе­нью кан­ди­да­та бо­го­сло­вия иеро­мо­нах Ве­ни­а­мин был на­зна­чен пре­по­да­ва­те­лем Свя­щен­но­го Пи­са­ния в Риж­скую Ду­хов­ную Се­ми­на­рию. С 1898 го­да – он ин­спек­тор Холм­ской, спу­стя год – Санкт-Пе­тер­бург­ской Се­ми­на­рии. В 1902 го­ду, по­сле воз­ве­де­ния в сан ар­хи­манд­ри­та, на­зна­чен рек­то­ром Са­мар­ской, а через три го­да – Санкт-Пе­тер­бург­ской Се­ми­на­рии.

Свя­щен­ник по при­зва­нию, ар­хи­манд­рит Ве­ни­а­мин вско­ре был воз­ве­ден на бо­лее вы­со­кую сту­пень пас­тыр­ско­го слу­же­ния: 24 ян­ва­ря 1910 го­да в Свя­то-Тро­иц­ком со­бо­ре Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры он был ру­ко­по­ло­жен во епи­ско­па Гдов­ско­го, Пе­тер­бург­ско­го ви­ка­рия. Сре­ди со­вер­шав­ших чин на­ре­че­ния бы­ли мит­ро­по­ли­ты Санкт-Пе­тер­бург­ский Ан­то­ний (Вад­ков­ский; † 1912) и Мос­ков­ский Вла­ди­мир (Бо­го­яв­лен­ский, † 1918; про­слав­лен в ли­ке свя­тых в 1992 го­ду), ар­хи­епи­скоп Яро­слав­ский (впо­след­ствии Свя­тей­ший Пат­ри­арх) Ти­хон (Бе­ла­вин, † 1925; про­слав­лен в ли­ке свя­тых в 1989 го­ду) и дру­гие иерар­хи.

Свя­ти­тель­ский сан Вла­ды­ка Ве­ни­а­мин вос­при­нял как обя­зан­ность пас­тыр­ско­го по­дви­га и апо­столь­ской про­по­ве­ди. Его ча­сто ви­де­ли в са­мых от­да­лен­ных и бед­ных квар­та­лах сто­ли­цы, ку­да он спе­шил по пер­во­му зо­ву, слов­но при­ход­ской свя­щен­ник, в про­стой ря­се, без внеш­них от­ли­чий епи­скоп­ско­го са­на, и где кре­стил ре­бен­ка или на­пут­ство­вал уми­ра­ю­ще­го. Нема­ло тру­да при­ло­жил он к спа­се­нию пад­ших жен­щин, вы­сту­пая с про­по­ве­дя­ми в «Об­ще­стве Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы». Воз­дей­ствие его на­став­ле­ний бы­ло ве­ли­ко и мно­гие за­блуд­шие рас­ка­я­лись в гре­хов­ной жиз­ни.

Он все­гда на­хо­дил путь к серд­цам про­стых лю­дей, за что был ис­кренне лю­бим паст­вой, на­зы­вав­шей его «наш ба­тюш­ка Ве­ни­а­мин». Еван­гель­ская про­сто­та свя­ти­те­ля, от­зыв­чи­вость, сер­деч­ность, до­ступ­ность в со­че­та­нии с от­кры­тым ли­цом, ти­хим, про­ник­но­вен­ным го­ло­сом и всё осве­щав­шей улыб­кой, рас­по­ла­га­ли к нему да­же ино­вер­цев.

Со­бы­тия 1917 го­да вы­зва­ли пе­ре­ме­ны и в жиз­ни Церк­ви: по­сле Фев­раль­ской ре­во­лю­ции пра­вя­щие ар­хи­ереи ста­ли из­би­рать­ся на епар­хи­аль­ных съез­дах кли­ра и ми­рян. Ес­ли в неко­то­рых епар­хи­ях это вы­зва­ло рас­при и нестро­е­ния, то вы­бо­ры в Пет­ро­гра­де про­шли на ред­кость спо­кой­но – по­дав­ля­ю­щее боль­шин­ство го­ло­сов бы­ло от­да­но ви­кар­но­му епи­ско­пу Ве­ни­а­ми­ну. С 6 мар­та он – ар­хи­епи­скоп Пет­ро­град­ский и Ла­дож­ский, а 13 ав­гу­ста, на­ка­нуне от­кры­тия Свя­щен­но­го Со­бо­ра Рос­сий­ской Церк­ви, на­зна­чен мит­ро­по­ли­том Пет­ро­град­ским и Гдов­ским.

Сра­зу же по­сле из­бра­ния на Пет­ро­град­скую ка­фед­ру свя­ти­тель за­явил: «Я стою за сво­бод­ную Цер­ковь. Она долж­на быть чуж­да по­ли­ти­ки, ибо в про­шлом она мно­го от нее по­стра­да­ла. И те­перь на­кла­ды­вать но­вые пу­ты на Цер­ковь бы­ло бы боль­шой ошиб­кой. Са­мая глав­ная за­да­ча сей­час – это устро­ить и на­ла­дить на­шу при­ход­скую жизнь».

В то смут­ное вре­мя труд­но бы­ло най­ти че­ло­ве­ка столь да­ле­ко­го от по­ли­ти­ки, как мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин. При­сту­пив к осу­ществ­ле­нию сво­ей про­грам­мы, он все си­лы на­пра­вил на за­щи­ту пра­во­слав­но­го на­ро­да Рос­сии от же­сто­чай­ших го­не­ний, воз­двиг­ну­тых на него вра­га­ми ис­ти­ны Хри­сто­вой. По су­ти, они на­ча­лись в ян­ва­ре 1918 го­да по­сле из­да­ния де­кре­та «Об от­де­ле­нии Церк­ви от го­су­дар­ства и шко­лы от Церк­ви», ко­то­рый на де­ле вос­при­ни­мал­ся вла­стью на ме­стах как сиг­нал к по­все­мест­но­му уни­что­же­нию глав­ным об­ра­зом Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви и ее слу­жи­те­лей, к гра­бе­жу цер­ков­но­го иму­ще­ства. По всей стране про­ка­ти­лась вол­на за­кры­тия и раз­ру­ше­ния хра­мов и мо­на­сты­рей, осквер­не­ния и уни­что­же­ния свя­тых икон и мо­щей, мас­со­вых аре­стов, пы­ток, ссы­лок и каз­ней епи­ско­пов, свя­щен­ни­ков, мо­на­хов и мо­на­хинь, ми­рян, ли­ше­ния Церк­ви и ее слу­жи­те­лей ма­те­ри­аль­ных средств к су­ще­ство­ва­нию.

На­си­лие над Цер­ко­вью не пре­кра­ти­лось и по­сле окон­ча­ния граж­дан­ской вой­ны. Небы­ва­лая раз­ру­ха и го­лод, охва­тив­шие стра­ну в 1921 го­ду, по­слу­жи­ли по­во­дом для но­вых го­не­ний на Цер­ковь, ко­то­рые про­во­ди­лись под ло­зун­гом «по­хо­да про­ле­та­ри­а­та на цер­ков­ные цен­но­сти». Их изъ­я­тие в Пет­ро­гра­де на­ча­лось в мар­те 1922 го­да. Мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин ни ми­ну­ты не ко­ле­бал­ся в ре­ше­нии это­го во­про­са. Яв­ляя при­мер вы­со­кой хри­сти­ан­ской люб­ви, он бла­го­сло­вил пе­ре­да­чу цер­ков­ных цен­но­стей, не име­ю­щих бо­го­слу­жеб­но­го упо­треб­ле­ния, на нуж­ды бед­ству­ю­щих, рас­смат­ри­вая это ре­ше­ние как ис­пол­не­ние сво­е­го пас­тыр­ско­го дол­га. «Мы все от­да­дим са­ми», – го­во­рил свя­ти­тель.

Од­на­ко к го­ло­су Вла­ды­ки Ве­ни­а­ми­на вла­сти не по­счи­та­ли нуж­ным при­слу­шать­ся. Они объ­яви­ли, что цен­но­сти бу­дут изъ­яты в фор­маль­ном по­ряд­ке как «при­над­ле­жа­щее го­су­дар­ству» иму­ще­ство. В го­ро­де, в неко­то­рых церк­вах, уже на­ча­лась их кон­фис­ка­ция. Изъ­я­тие цен­но­стей со­про­вож­да­лось вол­не­ни­я­ми на­ро­да, но се­рьез­ных бес­по­ряд­ков, ост­рых столк­но­ве­ний и аре­стов по­ка еще не бы­ло. Чув­ство­ва­лось при­бли­же­ние рас­пра­вы. Ее уско­ри­ло опуб­ли­ко­ван­ное 24 мар­та 1922 го­да в «Пет­ро­град­ской прав­де» пись­мо две­на­дца­ти лиц – ор­га­ни­за­то­ров об­нов­лен­че­ско­го рас­ко­ла: они об­ви­ня­ли все вер­ное Свя­тей­ше­му Пат­ри­ар­ху Ти­хо­ну ду­хо­вен­ство в со­про­тив­ле­нии изъ­я­тию цер­ков­ных цен­но­стей и в уча­стии в контр­ре­во­лю­ци­он­ном за­го­во­ре про­тив со­вет­ской вла­сти. 29 мая 1922 го­да по­сле­до­вал арест мит­ро­по­ли­та Ве­ни­а­ми­на, а 10 июня то­го же го­да на­ча­лось слу­ша­ние де­ла, к ко­то­ро­му бы­ло при­вле­че­но еще 86 че­ло­век.

Свя­ти­тель Ве­ни­а­мин на про­цес­се был, как и все­гда, про­стым, спо­кой­ным, бла­гост­ным, убеж­да­ю­щим в неви­нов­но­сти дру­гих лю­дей. Пе­ред ли­цом ожи­дав­шей его смер­ти он, об­ра­ща­ясь к три­бу­на­лу, про­из­нес: «Я не знаю, что вы мне объ­яви­те в ва­шем при­го­во­ре, жизнь или смерть, но что бы вы в нем ни про­воз­гла­си­ли, я с оди­на­ко­вым бла­го­го­ве­ни­ем об­ра­щу свои очи го­ре, воз­ло­жу на се­бя крест­ное зна­ме­ние (свя­ти­тель при этом ши­ро­ко пе­ре­кре­стил­ся) и ска­жу: «Сла­ва Те­бе, Гос­по­ди Бо­же, за всё».

5 июля 1922 го­да три­бу­нал объ­явил при­го­вор, а в ночь с 12 на 13 ав­гу­ста то­го же го­да мит­ро­по­лит Ве­ни­а­мин и вме­сте с ним ар­хи­манд­рит Сер­гий (Ше­ин), ми­ряне Юрий Но­виц­кий и Иван Ков­ша­ров бы­ли рас­стре­ля­ны на окра­ине Пет­ро­гра­да.

На брат­ском клад­би­ще Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры воз­двиг­нут крест над сим­во­ли­че­ской мо­ги­лой но­во­му­че­ни­ков Рос­сий­ских.

Свя­щен­но­му­че­ник ар­хи­манд­рит Сер­гий (в ми­ру Ва­си­лий Пав­ло­вич Ше­ин) ро­дил­ся в 1866 го­ду в де­ревне Колп­на Но­во­сель­ско­го уез­да Туль­ской гу­бер­нии. В 1893 го­ду окон­чил учи­ли­ще пра­во­ве­де­ния. Был чле­ном IV Го­судар­ствен­ной Ду­мы, вхо­дил в со­став сек­ре­та­ри­а­та Свя­щен­но­го Со­бо­ра Пра­во­слав­ной Рос­сий­ской Церк­ви 1917 – 1918 го­дов. Был за­ме­сти­те­лем пред­се­да­те­ля прав­ле­ния Об­ще­ства объ­еди­нен­ных пет­ро­град­ских пра­во­слав­ных при­хо­дов.

Му­че­ник Юрий (Юрий Пет­ро­вич Но­виц­кий) ро­дил­ся в 1882 го­ду в г. Ума­ни Ки­ев­ской гу­бер­нии. Окон­чил 1-ю гим­на­зию и Ки­ев­ский уни­вер­си­тет. С 1914 го­да до­цент, за­тем – про­фес­сор ка­фед­ры уго­лов­но­го пра­ва Пет­ро­град­ско­го уни­вер­си­те­та. Был пред­се­да­те­лем прав­ле­ния Об­ще­ства объ­еди­нен­ных пет­ро­град­ских пра­во­слав­ных при­хо­дов.

Му­че­ник Иоанн (Иван Ми­хай­ло­вич Ков­ша­ров), ро­дом из Одес­сы, юрист по об­ра­зо­ва­нию, быв­ший при­сяж­ный по­ве­рен­ный. Был юрис­кон­суль­том Лав­ры в Пет­ро­гра­де.

Па­мять свя­щен­но­му­че­ни­ков мит­ро­по­ли­та Ве­ни­а­ми­на, ар­хи­манд­ри­та Сер­гия, му­че­ни­ков Юрия и Иоан­на празд­ну­ет­ся 31 июля (13 ав­гу­ста) и в день Со­бо­ра но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских.

 
Оставить заявку

Для уточнения любых деталей поездки, Вы можете обратиться к нашим менеджерам: